Андрей Мезин: Дэйв – лучший тренер, с которым мне довелось поработать

Андрей Мезин прервал "обет молчания" и рассказал, почему он ушел из сборной вслед за Льюисом, и о том, как сделать наш хоккей лучше.

Андрей Мезин: Дэйв – лучший тренер, с которым мне довелось поработать
Сборная Беларуси ужасно провела чемпионат мира. Команда проиграла все 7 матчей и вылетела в первый дивизион. Уже после третьей подряд баранки – разгрома от сборной России со счетом 0:6 – руководство хоккейной федерации уволило главного тренера Дэйва Льюиса. Канадец попрощался с некоторыми хоккеистами и уехал в аэропорт на такси. Следом за ним сборную покинул и Андрей Мезин. По горячим следам экс-вратарь отказался говорить об отставке Льюиса и своем отъезде, попросив время на анализ ситуации.

В первых числах июня корреспондент tribuna.com Андрей Масловский встретился с Мезиным и поговорил об отъезде из Дании, результатах сборной, работе федерации и будущем.

– Дэйва Льюиса уволили после игры с Россией. Перед матчем были какие-то предпосылки к этому?

– Ничего такого не было. Мы работали в штатном режиме. Как и для всех, для меня это тоже стало сюрпризом. На моей памяти это первый случай, когда тренера убирают прямо во время чемпионата мира. Я не знаю, чем руководствовались в федерации. В моем понимании увольнять Дэйва надо было или до начала турнира, или уже после. А раз доверились, раз дали человеку возможность везти команду на чемпионат мира, дайте ему доработать до конца. Это все-таки сборная страны. 

Первая игра у нас была с чемпионами мира, третья – с россиянами. Объективно было сложно.

– Победить, наверное, не было шансов, но и 0:6 – не многовато ли?

– Вот в этом и разница между канадскими тренерами и нашими. Проиграть, но достойно. Мы начали действовать от обороны, а после второго периода попытались перестроиться. Попытались сломать игру. Попросили ребят играть более агрессивно. Когда горишь 0:4, сидя в обороне, матч не выиграть. Если бы получилось, могло быть 2:4, например. В третьем периоде начали играть активно, но допустили ошибки и пропустили еще.

– Что было после матча? Когда Льюис сообщил, что уходит?

– Сразу после игры ничего такого не было. Мы вернулись в гостиницу, обсудили наше выступление, спланировали работу. А после ужина, часов в девять, его вызвали на разговор. Вернувшись, он сказал, что уходит в отставку. И я сразу принял решение уходить следом.

– Почему?

– Не видел, чем бы мог помочь сборной без него.

– Продолжали бы дальше работать.

– Когда человек находится в тренерском штабе, он чем-то занимается. При Льюисе я отвечал за наше большинство и переводил его слова команде. А при Пушкове этим заниматься не было необходимости – Сергей Михайлович сам прекрасно руководит большинством. Поэтому и говорю, что не видел, чем бы мог еще помочь.


– Льюис рассказал подробности разговора с представителями ФХРБ?

– В таких случаях особо не вдаются в подробности. Сказал, что уволили и все.

– Он поддержал ваше решение уйти следом?

– Какое бы я решение ни принял, он меня всегда поддерживал.

– Как команда восприняла эту новость?

– В команде никто особо не обсуждал отставку. Я пообщался лишь с некоторыми игроками. Пожелал всем удачи и сказал, что мы в них верим.

– Я звонил вам по горячим следам, но вы тогда сказали, что не будете ничего говорить, чтобы не навредить. Кому боялись навредить?

– Ребятам. Я хотел, чтобы они спокойно готовились к играм. Просто вокруг этой ситуации было много разговоров, а надо было тренироваться и играть.

– Отставкой федерация пыталась взбодрить команду. Это было необходимо?

– Это вопрос не ко мне, а к руководству. Я уже говорил, что надо было увольнять или до, или после. Но вообще я не могу обсуждать решение федерации. У чиновников наверняка был свой план.

– Если бы Льюиса не уволили, его система сработала бы? Дэйв знал, что делать и как спасать ситуацию?

– Ну, последние два года система срабатывала.

***

– В тренерском штабе работало три ярких индивидуальности: Льюис, Пушков и Захаров. Как они уживались между собой?

– Вполне адекватно. Никаких проблем не было. Пушков и Захаров выполняли то, что Льюис просил. Субординация была. Я не видел проявлений явной и открытой вражды.

– Пушков и Захаров с вами поговорили перед отъездом?

– С Пушковым был небольшой разговор. Особо разговаривать смысла не было. Я до этого людям из федерации объяснил, почему уезжаю. И Сергей Михайлович это уже знал.

– Что за странная история произошла с Михаилом Грабовским? Почему ему вдруг запретили участвовать в тренировках?

– Изначально Миша присоединился к нам как игрок. Катался и хотел выступать. Для сборной было бы супер, если бы Миша играл. Но ситуация сложилась так, что играть он не мог и не может до сих пор – «Вегас» еще выступает. В общем, терять такого человека, которому молодежь фактически смотрит в рот, Льюис не захотел и решил привлечь его к работе на льду. 

Грабовский работал с молодыми ребятами над повышением мастерства. По сути, он не числился в тренерском штабе, но работал. Поехал в Данию, провел там одну тренировку, а потом был отстранен. Я не знаю, что произошло, но оказалось, ему нельзя выходить на лед. На этом все закончилось.

– Письмо пришло из нашей федерации.

– Я не вникал в эти дела, а старался выполнять свою работу.

***

– Почему сборная выступила так плохо?

– Сложно сказать. Во-первых, по определенным причинам в сборной не оказалось ряда игроков. Во-вторых, было много новых ребят, в том числе из чемпионата Беларуси. В-третьих, сборная стала моложе, а сразу попадать на такой уровень очень сложно. И, как мне показалось, ребята не очень верили в себя. Хотя мы и пытались донести до них, что по ту сторону площадки играют такие же люди. И это неверие в себя сказалось. 

В-четвертых, иногда ребята сваливались в индивидуальные действия и отходили от плана. Играем неплохо, пропускаем и сломя голову летим спасать Беларусь, а это подкашивает команду. Мы могли сыграть здорово только как команда. Если бы каждый на 100 процентов выполнял установку. Думаю, это и привело к такому результату.


– Вы в сборной отвечали за большинство. Как оцениваете свою работу?

– Пусть это делают специалисты.

– А сами остались довольны?

– В прошлом году на чемпионате мира мы за 7 матчей забросили всего две шайбы в большинстве. В этом в трех матчах при мне – тоже две из 9 попыток. Это неплохой результат, учитывая уровень соперников. Со шведами было три или четыре попытки, с россиянами – одна в концовке, когда все были измотанными, и с французами – две реализации из четырех. После трех игр мы были на пятом месте по реализации. Это хороший показатель. Я не хочу хвалиться, но это факт.

– Болельщики не очень позитивно встретили новость о том, что вы – экс-вратарь – отвечаете за большинство.

– Я не собираюсь всю жизнь работать тренером по вратарям. Я хочу развиваться и двигаться дальше. Хочу быть помощником, а потом и главным тренером. Мне это интересно. И есть много примеров, когда бывший вратарь добивается в тренерстве хороших результатов. Тот же Глен Хенлон. И я бы хотел достичь того же.

– Считаете, правильно, что молодой тренер набивает шишки и учится на сборной?

– Давайте иначе посмотрим на эту ситуацию. Тренер сборной России Илья Воробьев моложе меня. До этого он три года отработал в «Магнитке» помощником, а сейчас возглавляет сборную. Не думаю, что в федерации хоккея России сидят глупые люди.

– Но он в клубе отработал до этого три года.

– Ну, и я работал в сборной. На предыдущие чемпионаты я ездил как стажер. Переводил, рассказывал игрокам о системе. Я за это время понял ее, наверное, лучше, чем сам Дэйв :). Я три года смотрел, как все работает. Льюис не глупый человек. Он просто так не стал бы брать меня помощником.

Да, я отвечал за большинство, но решение все равно принимал главный тренер. Я не придумывал что-то втихаря и не внедрял. Дэйв принимал все решения. В том числе и по тому, какие хоккеисты выходили в большинстве. Я же корректировал и выстраивал розыгрыш. Но весь процесс проходил под его руководством.

– Как это происходило чисто технически?

– Зная нашу систему, я подстраивал большинство под нее, придумывал розыгрыш и показывал Дэйву. Он его одобрял или нет, и мы обкатывали.

– Во вратарские дела не вмешивались?

– Зачем? У нас был тренер по вратарям. А когда начинает со своими советами подключаться еще кто-то, у вратарей получается каша в голове. Поэтому я не лез. Если кто-то что-то спрашивал, конечно, давал советы. Мы общались с Кудиным по вратарям, но все решения принимал он, и хоккеисты слушали только его.

Каждый должен заниматься своим делом. Дэйв нам раздавал задания, и мы не совали нос в другие области.

– Как считаете, вратари выручили?

– Ситуация была непростая. Никто на чемпионатах мира почти не играл. Только Миша [Карнаухов] провел две игры. Из опытных вратарей взяли Труса – Виталий выиграл чемпионат Беларуси и отыграл лучше всех. За сборную неплохо смотрелся и Карнаухов. И пригласили молодого Ивана Кульбакова. Не считаю, что надо было везти троих опытных. Нам нужно смотреть в будущее.

Поначалу рискнули и сделали ставку на Кульбакова, проведшего в Америке неплохой сезон. Клубный тренер по вратарям очень хорошо о нем отзывался. Да и в «товарняках» Иван смотрелся хорошо, но перегорел. В принципе все ребята в спаррингах смотрелись супер, но на ЧМ не справились с волнением. Это мое мнение. 

Справедливости ради отмечу, что ситуация была сложная. В таком возрасте сложно выходить на мире против таких команд. Не каждый справится.

– Насколько помню, у вас в свое время получилось.

– Моя первая официальная игра на таком уровне была против сборной Латвии, а не Швеции. Да и команда тогда отыграла супер – было немного проще. Вратарская позиция – одна из самых важных. Давайте ту же Латвию рассмотрим. Вратарь отыграл супер – команда оказалась в восьмерке.

***

– Вылет сборной из «элиты» закономерность или случайность?

– Результат неудовлетворительный. И нет ни одного человека, которому бы это понравилось. Это спорт. Может случиться всякое.

– Болельщики считают, что это позор.

– Да, позор. Если люди так оценивают, значит, так и есть. Но вообще, давайте не усугублять. Думаю, это должно пойти на пользу. Только начинать делать выводы надо уже сейчас.

– Как это может пойти на пользу?

– Простой пример – сборная Германии. В свое время немцы нараздавали паспортов канадцам и вылетели в группу Б. После сделали выводы и отважились на реформы. Назначили тренером Уве Круппа. Он поставил систему и набрал молодежь из сильного чемпионата. Команда два года играла в первом дивизионе, после чего вышла в «элиту» и вскоре заняла четвертое место. Значит, были приняты правильные решения.


– У нас может такое произойти?

– Мы вылетели в 2000 году, а в 2002-м заняли четвертое место на Олимпиаде.

– Но вы ведь понимаете, что поспособствовал формат турнира и дикая удача?

– Неважно. Я говорю о том, что нужно делать выводы. Понятно, что вернуться в высший дивизион сходу будет очень сложно. Хотя, конечно, мы хотим, чтобы это произошло как можно скорее.

Важный вопрос кто будет тренером. Назначать человека надо с прицелом на 2021-й год. Надо, чтобы команда не выезжала на спинах одного-двух хоккеистов, а чтобы это был коллектив. И чем моложе, тем лучше. И у нас есть хорошие молодые ребята. Я верю в них. Может, в группе А им какие-то задачи решать рановато, но обкататься в группе Б нужно. 

Получится выйти уже в следующем году – хорошо. А если еще и при помощи молодежи – супер. Можно закладывать базу на ближайшие 8-10 лет.

– Германии помог выплыть сильный чемпионат. Эта штука с Беларусью не прокатит. Экстралига – слабый турнир.

– Полностью согласен. У меня есть мнение, как его усилить. У нас нет конкуренции. Созданы искусственные условия. Наша лига закрытая. Создаются всяческие лимиты и ограничения. Нельзя играть парням старше 28 лет. А у кого учиться молодежи? Ее и так искусственно вводят в команды. 

Раньше ребята проходили через жесткую конкуренцию и отбор. Это закаливало характер. А сейчас? Пришел парень из школы, оказался слабее конкурентов – не беда, команд много, поеду в Могилев. Он не переживает. И от этого конкуренции нет.

Белорусов в «Динамо» никто не подпирает. И они чувствуют себя свободно. И это тоже бьет по сборной. В «Динамо» же наши парни не на ведущих ролях. Они играют в сдерживающих звеньях (и хорошо со своей работой справляются), но не забрасывают. 

А потом удивляемся: почему канадцев не обыгрываем? Для этого нужны люди, прошедшие жесточайший отбор, которым было бы все равно, кто в соперниках: канадцы, шведы или венгры.

Вот сейчас еще лигу расширяют. Где набрать игроков, чтобы новые команды конкурировали? Массовость – это здорово, конечно, но Экстралига должна быть конкурентоспособной. Делайте потолки зарплат и оставляйте восемь реально сильных команд. 

Придумайте интересный формат и сделайте сильную вторую лигу, команды из которой будут иметь возможность попадать в «элиту». И не нужны никакие лимиты на иностранцев. Молодежь должна проходить через сито. Я в свое время почти год не играл. Считай, закончил, так как не было возможности пробиться. И по счастливой случайности Перегудов меня пригласил в Новополоцк, где удалось заиграть. 

В Америке тоже была жесткая конкуренция. Если бы я не был лучше местных, остался бы без работы очень скоро.


– А нашей молодежи создают тепличные условия. Даже нижний предел по зарплате установили.

– Я в Новополоцке бесплатно играл. Получал что-то около 20 долларов. Нас только кормили, поили и тренировали. И никто не плакал, что нет комфортных условий. 

Если клубы могут себе позволить иностранцев, пускай привозят. Молодые, пробившиеся через это сито, будут в 10 раз сильнее тех, кто выращен искусственным путем. Надо сделать лигу меньше и убрать лимиты. Так будет лучше. 

Я понимаю, что это где-то политически неправильно. Что в той же России мы легионеры. Но надо определиться: мы хотим поднимать наш хоккей или нет. Это мое видение.

– Ожидали разнос от президента по итогам турнира?

– Думаю, он будет. Подождите еще немного :).

– Дэйв Льюис говорил, что у него не очень сложились отношения с нынешним председателем ФХРБ Семеном Шапиро. А как у вас?

– Также. С Игорем Рачковским у меня было гораздо больше общения.

– Почему?

– Так сложилось.

– Зимой вас сначала убрали из состава сборной, а потом вернули. Знаете причину?

– Не знаю. Но я на это реагировал спокойно. Перед чемпионатом мира Дэйв сказал руководству: «Я хочу, чтобы Мезин работал со мной». Для меня было важно узнать, что Дэйв ценит мою работу и хочет, чтобы я был в штабе. По большому счету, я только из-за него в сборной и был. И я рад этому году, который провел его помощником.

– Чем он вас зацепил?

– Не каждый день выпадает возможность поработать с таким тренером. Его знают во всем мире. Это сильный специалист. Дэйв – лучший тренер, с которым мне довелось поработать после окончания игровой карьеры.

– Как часто вы с ним сейчас общаетесь?

– Созваниваемся раза два в неделю. Разговариваем обо всем. Отходим от того, что произошло.

– Какие ваши ближайшие планы?

– Есть парочка предложений, но я пока не буду ничего говорить.

– Предлагают работать главным тренером, как вы и хотите?

– Не буду вдаваться в подробности. Надо подождать и выбрать то, что мне больше по душе.

20:21 04/06/2018






‡агрузка...